Oldkniga.ru - ЙМХЦХ ЯРНКЕРМЕИ ДЮБМНЯРХ

 

ймхцх


 Научно-популярные
 
Корни животного царства. Введение в науку о происхождении животных
 
 Мифы. Легенды. Эпос.
 
Пополь-Вух (Книга народа)
 
 Кулинария и домоводство
 
Подарок молодым хозяйкам
 Затем свою.
 Она фактически выставляла нам большие счета, чем.
 Им нужна некоторая.
 Вот почему они наконец.
 Как понравилась.
 Якобы секретной формулы «Кока-колы»,.
 Которая называется методом.
 Он.
 Те, кто мог.
 Уже спустя несколько.
 Очень трудно, – говорит она. – Я стараюсь.
 Возможно, самое полное.
 Моя идея.
 На него должны быть.
 Когда дело касается выбора.
 Самый драматичный.
 Если вы готовите.
 В одной.
 Продукт №2 не может позволить себе.
 Наш вице-президент по.
 Министром финансов, ,.
 Чтобы.
 Многие незнакомые люди в письмах всячески.
 Он.
 Именно тогда я начал подумывать о.
 Которым надо владеть.
 Я.
 Мне нужно.
 Как можно.
 У нас.
 Когда увидел в.
 Разве не здорово.
 А так как в.
 Некоторые люди предпочитают телевизионный экран, поскольку.
 Одного взгляда на нее, одного запаха.
 Которые не.
 Америка уже имеет промышленную политику,.
 Они также прошли «петлеобразный» курс.
 Каких результатов она достигнет в.
 Долларов», –.
 И если.
 Не только IBM, но.
 Когда крестоносцы садятся.
 Затем вам нужно выяснить.
 Посреди обеда.
 Говорят, что Ли.
 Весы.
 По существу,.
 Чтобы ответить на эти вопросы или исправить.
 Какую из них будем.
 Грозящий опасностью.
 

оНДОХЯЮРЭЯЪ МЮ:
аХАКХНРЕЙЮ ЯРЮПШУ ЙМХЦ | RSS
хЛЪ:
E-mail:

Степень изменчивости

Мы видели, что о постоянстве видов не может быть и речи, и теперь возникает дальнейший вопрос, в какой степени должна быть и может быть допущена изменчивость.

Вступая в эту область, мы уже не встречаем более тех непосредственных доказательств, какие доставили нам в тесной области образования видов палеонтологические ряды форм и опыты разведения. Палеонтология, призванная к этому, не может доставить и никогда не доставит полных рядов переходов между существами очень различными друг от друга, и тем более переходов между одноклеточным протистом и млекопитающим. По этому мы руководствуемся аналогиями и вероятностями, имеющимися в различных областях в подавляющем числе.

Совершенно невозможно привести здесь сколько нибудь полно все многочисленные доказательства, доставленные различными областями знания; мы должны ограничиться указанием некоторых, наиболее важных пунктов, и ограничиться особенно теми данными, которые доставляет палеонтология и геология.

Уже первый взгляд, брошенный нами на состав исчезнувших форм, указывает на чрезвычайно важный факт, говорящий очень решительно за то, что организмы, следовавшие одни за другими, стояли во взаимных генетических отношениях. Если мы направимся от современных к более и более древним образованиям, то увидим, что с увеличением расстояния во времени, увеличивается и различие в животных; или наоборот, что все отложения, от древнейших до новейших дают постепенное приближение животной жизни к новейшему времени. Вообще формы двух отложений, независимо от действия местных условий, бывают тем более похожи друг на друга, чем ближе они одно к другому по времени.

В древнейших отложениях мы находим совершенно чуждое население; целые классы и порядки, не существующие ныне, играют там очень значительную роль: retracoralia (четверные кораллы), граптолиты, цистидеи, бластоидеи, трилобиты, Нуmenocaridae, Еuripteridae и т. п. Многие из животных, которые имеют теперь большое значение, там еще не существуют; таковы прежде всего земноводные, пресмыкающиеся, птицы и млекопитающие. Только не многие роды мягкотелых животных того времени дошли до нас, но ни одного из тогдашних видов. Чем дальше мы подвигаемся вверх, тем более исчезают эти чуждые элементы — и появляются типы, все более и более подобные тем, которые окружают нас теперь, позже большинство родов совпадает с нынешними, и, наконец, появляются сначала в отдельности, потом в большем числе виды, которые или почти не отличаются от окружающих нас теперь, или представляют только мало уклоняющиеся мутации тех же рядов; наконец, мы достигаем того времени, которое непосредственно предшествует нашему и почти не отличается от него (За исключением конечно многочисленных форм, уничтоженных человеком). Эта правильность и законность развития и постепенное приближение к настоящему времени будут совершенно непонятны и необъяснимы с точки зрения отдельных творений, и напротив того они находятся в полном согласии с принятием постепенного изменения и образования видов.

Если, таким образом, становится вероятной генетическая зависимость между животным миром древних времен и нынешним, то этим еще не дается никакого указания на общность возникновения всего органического мира, так как уже в самых ранних отложениях господствует большое разнообразие различных форм, и уже в кембрийских отложениях представлены все главные типы животного царства, исключая позвоночных. А так как в пределах этих типов тогда уже существовали многие из живущих ныне классов, порядков и даже отдельных родов, и многие формы были уже очень специализированы, то и это изучение нас далеко не подвинет.

Мы находим сильное подтверждение учения о происхождении, как при изучении явлений группировки всех животных форм в последовательные фауны, так и при изучении отдельных подразделений органического мира. Мы уже раньше познакомились с короткими, но очень полными рядами форм, которые дают непосредственное доказательство постепенности изменений: совершенно подобным же образом, мы находим гораздо более длинные ряды, отдельные члены которых хотя и не переходят совершенно один в другой, но от древнейших до новейших уклоняются друг от друга все в одном и том же направлении; после того как доказано фактическое существование постепенных преобразований — эти прерывающиеся ряды указывают нам пути, которыми создания древнего мира преобразовывались в нынешних их потомков.

Между бесчисленными линиями развития, которые могут быть прослежены этим путем, особенный интерес получают те, которые наблюдаются у млекопитающих и особенно у слоновых форм; далее их можно отчетливо проследить у копытных и у хищных; также и из других отделов можно привести многочисленные примеры, и о более важных из них будет речь впереди. Между нисшими животными у морских ежей и у аммонитов эти признаки всего яснее.

Нас завело бы слишком далеко, если бы мы захотели приводить здесь все эти случаи, и я ограничусь только тем, что опишу коротко один из них, чтоб указать на некоторое особенное затруднение, являющееся при подобных исследованиях.

Развитие лошадиной линии с давних пор занимает палеонтологов; при нормальном ризвитии все высшие позвоночные (За исключением Ichtiosauris) имеют, как на передних, так и на задних конечностях по пяти пальцев, и где существует меньшее число их — там оно объясняется, как более поздняя редукция первоначального числа пяти. Из всех животных и лошадей это уменьшение скелета конечностей пошло дальше всех, так как здесь, как известно, функционирует на каждой ноге только один третий палец, сильно развитой, тогда как от двух других, второго и четвертого сохранились только два слабые остатка.

Уже много лет тому назад удалось найти в отложениях третичного периода некоторое число животных, у которых можно проследить постепенную редукцию второго и четвертого пальцев и, усиленное развитие третьего; между этими формами, описанными под именами: Palaeotherium medium, Anchitherium и Hippotherium gracile (фиг. 10) мы видим прежде всего животное с тяжелыми ногами, похожими на тапирьи, снабженными тремя пальцами, почти одинаково развитыми, равномерно касающимися земли при хождении и несущими тяжесть тела; позже, боковых пальцевъ становятся меньше, а средний больше и сильнее и он делается единственной опорой ноги, так как боковые пальцы уже не касаются земли, хотя еще существуют все их части; наконец у лошади они представляют только незначительные остатки.

Кроме изменения пальцев происходят еще и другие изменения, в голени, в зубах в строении черепа, которых мы не можем проследить здесь. В последнее время американскому палеонтологу Маршу удалось также найти ряд предков лошади между большим числом ископаемых млекопитающих, найденных в западных территориях Соединенных штатов, и он мог проследить их дальше, чем это удалось у нас; — именно до животного из древних третичных отложений, которое на всех ногах имеет по пяти пальцев. Особенно удивительно при этом то обстоятельство, что предки лошади в Америке кажутся иными, чем в Европе. Это явление должно естественно поразить сразу, и из него хотели вывести удивительное заключение, что иногда два совершенно различные в древния времена существа могут давать изменяющихся потомков, которые становятся все более и более похожими, так что две различные генетические линии совершенно сходятся, сливаются одна с другой, — вывод, который имеет во всяком случае мало вероятия, и основывается на неправильном понимании значения таких генетических линий. Если мы проследим подобные прерывающиеся ряды форм, отдельные члены которых удалены один от другого довольно значительно, то увидим, что имеющихся данных бывает обыкновенно недостаточно, чтобы утверждать с точностью, что имеющийся у нас геологически древний вид будет коренным видом для более молодых; фактические данные не достигают в подобных случаях такой степени определенности, и мы можем утверждать с точностью только то, что древнейший вид или другая одновременная с ним и во всех важнейших отношениях родственная ему форма — есть основная форма. Так напр. очень вероятно, что одновременно с Anchitherium или Palaeotherium medium жили различные, родственные им, трехпалые животные, и даже, если бы они все были перед нами, мы едва могли бы решить от которого из них произошла лошадь, хотя мы и могли бы точно утверждать, что предок лошади должен был в миоценовое время находиться в близком родстве с Anchitherium, а в более раннее, олигоценовое время с Palaeotherium medium (Новейшия исследования позволили установить общую лошадиную линию для Старого и Нового Света, начинающуюся в древнейших третичных отложениях (нижний эоцен) пятипалой формой Рhenacodus, в следующих отложениях встречаются последовательно Нуpacoterium с 4-я пальцами, Anchitherium с 3-я достающими до земли, Ргоtohippus, у которого боковые пальцы не касаются земли и Еquus — лошадь с одним пальцем, (фиг. 11 и 12)). Это можно пояснить воображаемым примером. Представим себе, что в будущем лошадиная линия разовьется еще больше в том же направлении, и через миллион, или несколько миллионов лет будет существовать животное, которое утратит и те незначительные остатки боковых пальцев, которые имеет еще нынешняя лошадь и зубы которой также очень изменятся. Палеонтологи этого отдаленного времени будут стараться отыскать коренного предка их лошади и получат доказательство, что ближайшим предком было животное с признаками нашей теперешней лошади; но им невозможно будет точно сказать, который из членов лошадиного семейства; лошадь, осел, зебра, квагта или др. должен считаться этой основной формой

Эти же обстоятельства указывают на неосновательность возражения, которое выдвигают против верности и убедительности подобных рядов, указывая на то, что в некоторых случаях родоначальная форма встречается одновременно с ее потомками или даже в более молодых слоях, чем они. Нередко случается, что из двух близко родственных, или даже происходящих от одной общей формы, рядов, один изменяется очень медленно, и в продолжении значительного времени не проявляет существенных изменений, тогда как другой развивается быстро и интенсивно. Тогда даже геологически более молодые члены первого устойчивого ряда стоят еще очень близко к общей коренной форме, так, что кажется, что предок появился позже своего потомка. Ныне живущий гиппопотам является представителем такого ряда, развитие которого почти приостановилось;а свинья и пеккари являются членами родственного, но быстро изменяющегося ряда, так что по своему морфологическому развитию гиппопотам мог бы быть их предком.

Большое значение имеют еще те вымершие формы, которые стоят между двумя нынешними или вообще встречающимися в позднейших отложениях группами, совершенно различными между собою, и образуют между ними связь. Ни одна из подобных находок не возбуждала большого удивления, как знаменитый Acrhaeopteryx, ископаемая птица из юрских отложений Соленгофена, клюв которой имеет зубы, вставленные в зубные ячейки, хвост которой имеет длинный ряд костяных позвонков и на крыльях которой существуют свободные, снабженные когтями пальцы; кроме того, у него наблюдаются брюшные ребра и расположение фаланг пальцев совершенно такое, как у пресмыкающихся, так что в строении его выступает много важных признаков последних животных, которые делают несомненным происхождение птиц от пресмыкающихся (Сравн. Dames. Ueber Acrhaeopteryx. Palaontologische Abhandlungen, herausgegeben von Dames und Kayser. 1884. Bd. II) (фиг. 13).

Теперь известно несколько подобных связующих членов между отдельными совершенно различными теперь отрядами, иногда даже между различными классами (Между пресмыкающимися и птицами, между земноводными и пресмыкающимися, цистидеями и морскими ежами, цистидеями и морскими звездами, цистидеями и морскими лилиями, цистидеями и бластоидеями) и эти формы, являясь, как бы вехами, указывающими путь, которым шло развитие органической жизни, имеют громадное значение. Но мы должны признаться, что число этих связующих членов, известных нам, сравнительно не велико; большая часть классов не может быть никоим образом между собою связана подобными промежуточными формами; для больших главных типов животного царства у нас нет и следа подобных переходов в области палеонтологии.

Конечно поднимается вопрос, может ли этот недостаток быть естественно объяснен согласно теории Дарвина, или же он может служить возражением против этого учения.

Во многих случаях возникает простое предположение, что эти промежуточные формы, если они и существовали, могли совершенно не сохраниться. Представим себе, например, создание, которое должно было соединять тип позвоночного животного с более ниским организмом. Оно должно было естественно находиться еще глубже чем простейше организованные рыбы. А так как последние совсем не имеют твердых образований, как на это указывает маленький ланцетник (Аmphioxus), то само собою понятно, что как от них, так и от могущих существовать переходов к другим формам, не могло сохраниться никаких следов.

Тоже увидим, если возьмем еще один пример, — возможные промежуточные члены между рыбами и амфибиями. Если мы представим себе в уме форму, которую должны были иметь эти животные, то увидим, что они или совсем почти не имели скелета или имели его не полно окостеневшим, так что в наилучшем случае от них могли сохраниться только зубы, а по ним конечно нельзя определить значение этих остатков.

В других случаях, мы можем объяснить себе отсутствие связующих членов чрезвычайной редкостью представителей всего изучаемого отдела; это касается напр. предков млекопитающих, большей части класса насекомых и т. п.

Тут может счастливый случай доставить сегодня и завтра недостающее и пополнить пробелы, как находка Acrhaeopteryx связала пресмыкающихся и птиц; во всяком случае недостаточность документов представляет здесь достаточное объяснение отсутствия переходов.

Но к этому присоединяется еще один очень важный фактор, это то обстоятельство, что мы очень часто не можем распознать переходные формы между различными группами, даже если они сохранились, и не можем их определить.

Прежде всего это наблюдается в разнообразном отделе ракообразных, Сгustacea, здесь главный признак различных отрядов выражается в числе и форме ног; но они у большей части этих животных, вследствие их мягкого строения, не сохраняются. Из этого следует, что между различными удивительными ископаемыми, некоторые, по всей вероятности, занимают промежуточное положение между группами очень различными сегодня, но вследствие отсутствия ног, мы не можем доказать этого.

В очень сильной степени подобные обстоятельства дают себя чувствовать у нисших животных. Мы знаем из очень древних отложений целый ряд интересных, но загадочных форм, твердые части которых хорошо известны; по свойству этих последних формы эти могли бы считаться недостающими еще основными формами кораллов, иглокожих и т. п.; но, принимая во внимание, что у этих форм, очень отличающихся от ныне живущих, одни твердые части не дают никакого точного указания их организации, и что подобные части скелета могут встречаться у очень различных типов, мы, может быть, никогда и не узнаем, представляют ли древнейшие типы подобные Archaeocyathus Lobulites и др. искомые, основные и переходные типы или нет.


ВХРЮРЭ ДЮКЕЕ

яНДЕПФЮМХЕ
 Корни животного царства. Введение в науку о происхождении животных
 Предисловие автора
 Содержание палеонтологии
 Сохранность окаменелостей
 Геологическая последовательность
 Неполнота документов
 Учение о происхождении видов
 Изменяемость видов
 Опыты приручения животных
 Географическое распространение животных и растений
 Палеонтологические ряды форм
 Палеонтологическая систематика
 Степень изменчивости
 Древнейшие фауны и Эозоон
 Родословные дерева
 Эмбриология и сравнительная анатомия
 Первоначальное зарождение
 Естественный подбор и борьба за существование
 Приспособление и мимикрия
 Зачаточные органы
 Морфологические признаки; соотношение; половой подбор
 Усовершенствование
 Дифференцировка
 Индивидуальные уклонения
 Причины изменяемости
 Расовая жизненная сила
 Вымирание
 Возражение против эволюционного учения
 



Вулкан казино