Oldkniga.ru - книги столетней давности

 

КНИГИ


 Научно-популярные
 
Корни животного царства. Введение в науку о происхождении животных
 
 Мифы. Легенды. Эпос.
 
Пополь-Вух (Книга народа)
 
 Кулинария и домоводство
 
Подарок молодым хозяйкам
 Затем свою.
 Она фактически выставляла нам большие счета, чем.
 Им нужна некоторая.
 Вот почему они наконец.
 Как понравилась.
 Якобы секретной формулы «Кока-колы»,.
 Которая называется методом.
 Он.
 Те, кто мог.
 Уже спустя несколько.
 Очень трудно, – говорит она. – Я стараюсь.
 Возможно, самое полное.
 Моя идея.
 На него должны быть.
 Когда дело касается выбора.
 Самый драматичный.
 Если вы готовите.
 В одной.
 Продукт №2 не может позволить себе.
 Наш вице-президент по.
 Министром финансов, ,.
 Чтобы.
 Многие незнакомые люди в письмах всячески.
 Он.
 Именно тогда я начал подумывать о.
 Которым надо владеть.
 Я.
 Мне нужно.
 Как можно.
 У нас.
 Когда увидел в.
 Разве не здорово.
 А так как в.
 Некоторые люди предпочитают телевизионный экран, поскольку.
 Одного взгляда на нее, одного запаха.
 Которые не.
 Америка уже имеет промышленную политику,.
 Они также прошли «петлеобразный» курс.
 Каких результатов она достигнет в.
 Долларов», –.
 И если.
 Не только IBM, но.
 Когда крестоносцы садятся.
 Затем вам нужно выяснить.
 Посреди обеда.
 Говорят, что Ли.
 Весы.
 По существу,.
 Чтобы ответить на эти вопросы или исправить.
 Какую из них будем.
 Грозящий опасностью.
 

Подписаться на:
Библиотека старых книг | RSS
Имя:
E-mail:

Помощь юриста защита прав потребителей товаров в Новокузнецке, консультации.

Индивидуальные уклонения

Разъяснение этих вопросов заставляет нас приступить к рассмотрению нового предмета, именно, появления индивидуальных различий. Ясно, что борьба за существование и естественный подбор сами по себе не могут вызвать непосредственно ни малейшего изменения, они действуют только таким образом, что задерживают и накопляют возникшие, вследствие каких нибудь причин, индивидуальные изменения, если они полезны, или уничтожают их — если они вредны. Естественный подбор является регулятором, но отдельные уклонения, на которых он останавливает свой выбор должны быть объясняемы другою причиною. Но здесь отношения не таковы, чтобы у форм с большей индивидуальной изменчивостью сумма длящихся изменений, которые фиксируются, была бы безусловно велика; но многих случаях это бывает, но в других мы наблюдаем совершенно противоположное. Существуют, например, немногие роды, у которых можно встретить такое громадное количество индивидуальных изменений как напр. у Rhynchonella и Melanopsis, а между тем различия между древнейшими и молодыми представителями их чрезвычайно незначительны; это еще резче выступает на раковинах корненожек.

Многими было принято, а противниками теории подбора было указано, как на необходимое условие для нее, что существуют изменения совершенно неопределенного направления и что все первоначальныя изменения наступают равномерно; возражение, что скрещивание должно препятствовать закреплению даже полезных признаков, является именно для этого положения большою, даже, быть может, непреодолимою трудностью. Но подобное предположение не только излишне, но само по себе неправдоподобно и противоречит часто фактическим указаниям.

Известно, что различные организмы передают признаки по наследству, что они дают потомство, сходное с родителями; но это совпадение не полное, оно ограничивается или очень большой степенью сходства при незначительных различиях при индивидуальных уклонениях как между детьми и родителями, так и между сестрами.

Если бы все зародыши были абсолютно похожи между собой, и еслибы они с первого момента своего индивидуального развития подвергались одним и тем же условиям, то можно было бы ожидать полное сходство. Индивидуальные различия мы должны приписать какому нибудь механическому влиянию или на организм родителей, на их половые органы, или на плазму, или непосредственно на зародыш, или на развивающийся из него индивидуум.

Мы не будем теперь заниматься вопросом, каковы те воздействия, которые вызывают изменения, нам важнее то, что все индивидуальные изменения могут зависеть только от двух фактов, от внешних, механических влияний, и от строения организма, на который они действуют.

Достаточно этого простого соображения, чтобы считать в высшей степени невероятным предположение изменений, колеблющихся неопределенно во всех направлениях; организм отвечает на известное возбуждение обыкновенно самым определенным образом, причем, конечно, различные индивидуумы одного и того же вида могут относиться различно. Но всетаки, у индивидуумов, принадлежащих одному и тому же виду, число этих различных возможностей ограничено, мы видим даже, что часто животные, далеко уклонившиеся одно от другого относятся одинаково к возбуждению; мы знаем это напр. о физиологическом действии пищи, ядов и т. п. и это относится также к влиянию подобных же агентов на систему воспроизведения.

Мы должны из этого заключить, что и факторы, вызывающие вариации, действуют таким же закономерным образом.

Итак, мы приходим к предположению, что появление вариаций вызывается внешним механическим влиянием, но их проявление очень существенно обусловливается особенностями строения организмов, как это было решительно подтверждено Вейсманом (Weisman.Studien zur Descendenztheorie.II.Ueber die letzten Ursachen der Transmutation. Leipzig.1876) и Эймером (Eimer. Untersuchungen uber Variiren der Mauereidechse.Berlin.1881. Совершенно иначе разбираются и оцениваются эти явления в новом сочинении Эймера (Die Entstehung der Arten aufgrund von Vererber erworbener Eigenschaften.Jena 1888) полученном мною, к сожалению, слишком поздно, чтобы оно могло быть приведено здесь). Особенно веское подтверждение встречает это воззрение в приведенном раньше действительном факте соотношения изменений.

Явление изменения одной части тела, идущего рука об руку с изменением других органов, становится понятным с этой точки зрения.

Хорошее доказательство этому мы находим в появлении бугорков для игл у правильных морских ежей; древнейшие и первоначальные формы между ними имеют маленькие амбулакры с очень незначительными бугорками, тогда как меж-амбулакральные поля имеют немного больших бугорков для игл. Эти последние появляются постепенно у более молодых форм и на амбулакрах, становящихся постепенно шире, но эти вновь появляющиеся бугорки принимают не какую нибудь произвольную форму, а ту, которую имеют уже раньше существовавшие бугорки на меж-амбулакральных полях; это явление не совмещается с произвольно колеблющимися во всех направлениях изменениями.

Конечно, различные причины, вызывающие изменения очень разнообразны; число органов, на которые они могут влиять особенно у высших животных и растений очень значительно и поэтому в каждом случае число возможных вариаций очень велико, но из этого никак нельзя заключить о возможности правильной, всесторонней, во всех направлениях колеблющейся изменяемости.

Так как при этом естественно многие влияния часто повторяются (Сравн.Claus Lehrbuch der Zoologi 4.Auflage.S.180), и действуют скорее на одни органы, чем на другие, то можно из этого а рriоге заключить, что и известные изменения очень часто возвращаются и могут появиться у значительного числа индивидумов. Насколько известно, этому выводу соответствуют действительные явления; к сожалению до сих пор мало обращали внимания на появление индивидуальных уклонений, а до появления Дарвина едва-ли придавали значение существованию их. Но насколько показывают наблюдения, некоторые слабые изменения какой-нибудь формы очень часто встречаются и в различных местностях, они наблюдаются даже в том же или очень близком виде у различных, но родственных между собою форм.

Нас завело бы слишком далеко указание бесчисленных примеров нынешнего времени; я хочу привести только один случай вариации спинной окраски у стенной ящерицы (Lacerta miralis) как ее кратко описал Эймер (Eimer. Untersuchungen uber das Variiren der Mauereidechse. Berlin. 1881); первоначальный рисунок состоит здесь из нескольких идущих вдоль спины полосок; во многих местах ее встречают только в таком виде, в других — вместе с этой и соединяясь с нею всевозможными переходами встречается другой вариетет, у которого полосы распадаются на пятна; еще в других местах существует только пятнистый тип, и точное исследование указывает, что в различных местах этот вариетет развился самостоятельно. Явление это тем поразительнее, что спинные полосы в своем первоначальном виде совершенно такие же, как у стенной ящерицы, встречаются и у многих других ящериц, и у некоторых пресмыкающихся, и они являются очевидно наследием древнейшего времени; у многих изменение это переходит в образование пятен.

Подобные же явления наблюдаются и у ископаемых; один из известных морских моллюск, нога пеликана (Chenopus pes pelecani), отличается от своего миоценового предка именно тем, что у него верхний отросток крылоподобного ротового края раковины свободен, тогда как у его ископаемого предка (Chen.tridacticus) он прирос к спирали.

Здесь первое появление нового признака произошло также, как у стенной ящерицы; в верхнем миоцене господствует еше во многих пунктах Chen.tridacticus, но в некоторых из них появляется уже и Chenopus pes pelecani, а в отдельных местностях напр. Костеж в Моравии, он уже господствует; в плиоцене решительно преобладает Chenopus pes pelecani; а в настоящее время он на столько господствует, что Chen.tridacticus появляется только как крайне редкая возвратная форма.

Далее важнейшие доказательства в этом направлении мы получаем при изучения вымершей группы головоногих — Аммонит. В продолжении долгого времени палеонтологи избегали распределять по родам и группам родов этот обширный отдел головоногих, обнимающий более 4.000 видов; главная причина этого лежала в том, что при окаменении обыкновенно многие существенные признаки исчезают, и изучение генетических отношений очень затруднено. Но к этому присоединяется еще и другая трудность, именно та, что формы, очень сходные по внешности, в действительности встречаются в группах между собою не родственных. Это стало особенно ясно заметно с тех пор, как удалось точно проследить происхождение отдельных подразделений .аммонит, известное теперь здесь лучше, чем в какой бы то ни было другой группе животных. Стало известно, что напр. в большом отделе Аеgoceraditae в различных генетических рядах встречаются всегда одни и те же типы скульптуры на раковине, и что каждый из этих типов скульптуры почти всегда сопровождается определенным общим видом, а иногда и развитием камерных перегородок; эти аналогичные изменения так сходны между собою, что требуется нередко очень привычный глаз и опытность, чтобы избежать ошибки.

Несколько примеров могут уяснить это: в самых различных группах аммонитид мы встречаем плоские, дискообразные типы, с широким или очень широким умбо (Умбо называется часть раковины между внутренними краями последнего оборота ее) со многими шнурообразными, обыкновенно разветвленными и прерывающимися бороздкой на внешней стороне ребрами, и довольно сложной лопастной линией; это встречается у Schlotheimia, Parcinsonia,Reineskia, древнейших форм Норtiles (типь Аngulati). Второй подобный тип представляют Огnati — формы с несколько более раздутой раковиной и очень разнообразной скульптурой, состоящей из соединения сильных не очень многочисленных ребер с большими буграми (группа Аеgoceras Неnleyi, Соsmoceras, более высоко развитые формы Норtiles, Асаntoceras). Еще у других развит сильный киль на внешней стороне, и к этому присоединяется особенное развитие лопастей с длинными, мало разрезанными, большею частью паралельно-сторонними лопастями и длинной си-форальной лопастью; этот тип «Агietidae» встречается у Arietites, Harpoceras, Cardioceras, Schloenbachia.

Таким же образом можно хорошо установить тип Согоnati, Р1аnulati и ряд других; можно даже главную массу принадлежащих сюда форм разделить на меньшее число таких типов, которые постоянно повторяются в различных группах.

Подобное явление допускает одно только объяснение, что, соответственно организации и строению этих животных, возможно ограниченное число направлений в изменениях указанных признаков, которые при бесконечном разнообразии в отдельных индивидуумах, постоянно возвращаются вследствие механического воздействия, влияющего на организмы. Удивительное подтверждение этого вывода дает нам аммонит из нижнего Лейаса Вюртемберга (Quenstedt.Die Juarammoniten Wurttembergs,Tab.XXI). Это экземпляр рода Аrietites (фиг. 27); в начале он развивался совершенно нормально, потом раковина претерпела внешнее повреждение, и с этого момента она совершенно изменилась и приняла признаки скульптуры и разреза оборотов рода Аеrogoceras; и ни один палеонтолог не задумался бы поставить кусок этого возраста в один вид с Аеrogoceras cf., capricornum nudum, изображенным Квенштедтом. (Quenstedt.fig. 4 Таб. XXI).

Этот случай не единственный; мне известны многие другие, когда экземпляр вследствие повреждения принимает скульптуру другого типа, но, во всяком случае, эти примеры не так поразительны, потому что в них нет точного совпадения с другим уже известным видом.

Мы встречаем подобные же, хотя и менее точно изученные примеры таких изменений форм в совершенно различных подразделениях животного царства; так, многие из главных типов Тегеbratula встречаются в роде Waldheimia (напр. Nucleata), и подобные примеры повторяются в большом числе. В более тесном круге мы видим, что у различных видов наших домашних речных моллюск появлется var.rostrata с задним концом заостренным в виде клюва.

Мы не можем заниматься здесь перечислением отдельных случаев. Конечно, каждый из палеонтологов, зоологов или ботаников, изучающий известную область форм встречает подобные этим факты; во всяком случае, из этого следует, что в действительности изменения не колеблятся но все стороны беспорядочно, но что они, как что было предположено теоретически, появляются обыкновенно в ограниченном числе и служат материалом естественного подбора, вызывая разнообразные комбинации при посредстве выбора. Но мы видим при этих условиях, что если одно и тоже изменение часто повторяется, то является возможность образования вида или вариетета без уединения и не смотря на продолжительное скрещивание. К этому прибавляется еще следующее обстоятельство, облегчающее накопление изменений; наблюдение над домашними животными и культивированными растениями показывает, как это видно из накопленного Дарвином материала, что изменяющиеся организмы передают по наследству не только их новую особенность, но и склонность изменяться дальше в том же направлении. Обыкновенно, между потомками появляется вскоре опять экземпляр, уклоняющийся дальше в том же направлении, и в отдельных случаях это идет так далеко, что более сильное развитие особенного признака является даже как правило; явление, для которого я хочу привести только один пример. Особенный вариетет по окраске между канарейками представляют так называемые ярко-желтые (жонкилевые) формы; чтобы получить чистокровный экземпляр этого вариетета, нужно спаривать не две жонкилевые птицы, так как тогда явится потомок темный, почти коричневый, а жонкилевую с более светлым индивидуумом.

Другим фактом, подтверждающим наше предположение наилучшим образом, является указанный Дарвиным, и подтвержденный во многих случаях факт, — что часть тела, развитая чрезмерно у одного какого нибудь вида, представляет сравнительно с такою же частью у других близких видов большую изменчивость. Из многочисленных случаев, которые дает нам в этом направлении палеонтология, приведу только один. В классе Вгаchiopoda или плеченогих одним из важнейших родов является Terebratura в нем группа Nucleata тем отличается по своей внешней форме, что большая ее раковина очень вырезана в средине переднего края, а по сторонам втянута в сильные лопасти.

У Terebratula janitor, коренной формы особенного ряда этой группы, мы видим что этот признак развит особенно сильно, и, в тоже время, изменяется в сильной степени, что заметно на прилагаемом рисунке, (фиг. 28.).

В этом ограниченном смысле можно, конечно, говорить об определенно направленном изменении организмов, на которые указал Аскенази (Beitrage sur Kritik der Darwinschen Lhere. Leipzig.1872), но в нем не должно видеть, как это случилось, ни причину первого появления признаков, ни приписывать ему роли какого то предначертания; подобному воззрению противоречит, помимо его виталистического характера, и тот простой факт, что из одного вида могут развиться две новые формы с совершенно различным направлением мутаций.

Является вопрос, не достаточно ли сильны все эти причины, чтобы они могли сами по себе, без помощи естественного подбора, совершенно закрепить новый признак; и мы, действительно, не можем указать никакого разумного основания, почему не может этого быть, и мы должны считать это предположение за .в высшей степени вероятное. Конечно, это возможно только для тех особенностей, которые для их обладателей безразличны; потому что если бы они были полезны или вредны, то подбор воздействовал бы на закрепление или уничтожение их (Eimer (I.c.S.23) сам указывает на возможность закрепления вредных особенностей, но только при том условии, если они стоят в соответствии с каким нибудь чрезвычайно полезным признаком).

По всей вероятности, многие из, так называемых, морфологических признаков, какими мы их узнали раньше, обязаны этому обстоятельству своим возникновением, и могут быть объяснены этим способом. Конечно, противники учения Дарвина утверждали, что с допущением подобных «вспомогательных объяснений», вводится в это учение совершенно посторонний элемент и приносится в жертву сущность теории подбора.

Но мне кажется, что этот вывод основывается на недоразумении. Признать существование других сил для фиксирования изменений, кроме действующего, главным образом, подбора, не значит отрицать его; на данную подвижность органических форм, при их индивидуальных изменениях могут воздействовать различные факторы, подобно тому, как направление падающих с дерева сухих листьев определяется не только силой тяжести, но и господствующим потоком воздуха. Эти оба фактора вместе с формой листа, с положением центра тяжести в нем, с абсолютным и удельным весом определяют кривую, которую он и описывает; признание этих фактов не является противоречием закону тяжести.


читать далее

Содержание
 Корни животного царства. Введение в науку о происхождении животных
 Предисловие автора
 Содержание палеонтологии
 Сохранность окаменелостей
 Геологическая последовательность
 Неполнота документов
 Учение о происхождении видов
 Изменяемость видов
 Опыты приручения животных
 Географическое распространение животных и растений
 Палеонтологические ряды форм
 Палеонтологическая систематика
 Степень изменчивости
 Древнейшие фауны и Эозоон
 Родословные дерева
 Эмбриология и сравнительная анатомия
 Первоначальное зарождение
 Естественный подбор и борьба за существование
 Приспособление и мимикрия
 Зачаточные органы
 Морфологические признаки; соотношение; половой подбор
 Усовершенствование
 Дифференцировка
 Индивидуальные уклонения
 Причины изменяемости
 Расовая жизненная сила
 Вымирание
 Возражение против эволюционного учения
 



сервопривод Нет смысла преобретать кофеварку,поскольку есть аренда, звоните-http://www.arenda-kofemashin.com.ua/